- Здрасьте,- ответил я.- Сбежал что ли, Витя?

- Обидно слышать ваши подлые инсинуации, гражданин Серегин... Вышел по УДО {Условно-досрочное освобождение}.

- Ты, Ершов, по УДО?- удивился я.

- Тебе чего, Обнорский, паспорт показать?

- Покажи.

Ерш с понтом вытащил из кармана кожаной курточки новенький паспорт. Я заглянул, сразу понял - настоящий. На всякий случай запомнил номер. Ну чудеса - Ерш, рецидивист, которому вменяли три мошенничества, вымогалово и ограбление, вышел по УДО! Дальше ехать некуда...

- Поздравляю,- сказал я, возвращая паспорт.

- Мерси,- ухмыльнулся Ерш.

Я повернулся и пошел. Вслед мне Ерш крикнул:

- Вы, Обнорский, кажется, журналюга? Вот и пишите свои статейки.

- А в опере,- подхватил бугай, с которым стоял Ерш,- пусть Шаляпин поет.

***

Дома я вскрыл конверт, встряхнул, и на стол выпорхнули два листочка бумаги.

Один был формата А4 с машинописным текстом, второй - из тетради в клеточку, с рукописным текстом и оторванным уголком.

Сначала я прочитал тот листок, что был отпечатан на машинке:

"Сов. секретно.

Лично.

Тов. ЯГОДЕ Г. Г.

При разборе личного архива б. секретаря ЦИК СССР ЕНУКИДЗЕ А. С. зав. секретной частью Секретариата Президиума ЦИК Союза ССР т. Обуховым был обнаружен пакет, запечатанный личной печатью Енукидзе с надписью личного секретаря Минервиной: "Авель Сафронович просил хранить в запечатанном виде в секретной части" от 8.V-33 г. и второй: "Материал прислан из Швеции от Бекзадьяна, для сведения А. С.".

Пакет вскрыт 26.VI-35 г. Секретарем ЦИКа Союза ССР тов. Акуловым и обнаружен материал, который по сопроводительному письму за подписью Бекзадьяна касается связей некоего находившегося 3-4 года на лечении в туберкулезном санатории в Норвегии Куроедова П. С. б. шифровальщика Полпредства в Осло, впоследствии умершего, с Троцким и его сыном Седовым.