Войдя в причинность, меня создающую, я становлюсь способным ответственно приводить в порядок все, что живет во мне и со мной. Ответственность позволяет мне постичь законы силы, успеха, прийти к финальному акту собственного смысла жизни, утверждающего меня как совершенство, преисполненное радости и блага. Однако многие люди инфантильно рассчитывают достичь радости совершенства, надеясь на то, что весь тяжкий труд обретения себя за них выполнят другие.

Таким образом, онтопсихология — это альтернатива всех наук, всех исследований, задающихся целью создания "теории причин" первичной данности человека.

Мы должны овладеть общими теоретическими знаниями о реальности комплексов и механически вводимой негативной матрице, потому что вызывать определенные следствия можно лишь тогда, когда располагаешь точной теорией, точной причиной.

"Теория" (от греч. ... — ... : самоструящийся Бог, Бог в речении, в становлении) означает: "как Бог проявляется в своем течении", то есть как бытие полагает себя феноменом, становится историческим событием. Вершение этой божественной поступи и создает всякое существование — как отдельного индивида, так и многих, как одного измерения, так и множества. Именно это божественное шествие и составляет энергетическую возможность любой событийности.

Итак, отследить теорию или primum movens, уловить на миг интенциональность, которая задает форму, актуализирующую всю совокупную реальность, в том числе и индивида, значит постичь сущность моего действия и найти ту решающую определенность, которая обосновывает любой акт — мой и всего, что мне близко.

Для более глубокого понимания многих приводимых здесь утверждений см. А. Менегетти. Клиническая онтопсихология. — М.: Славянская ассоциация Онтопсихологии, 1997. К сожалению, эпистемологические отличия онтопсихологии от других наук, не будучи проверенными на личном опыте, остаются для читателя абсурдными, что делает излишними всякие сравнения и аналогии.