
Тяжело дыша, Фриснер подошел к столу, плеснул из высокогорлого графина воды в фужер, выпил.
- Ну, что ты на это скажешь, Рудольф?
- А если все-таки русские ударят по флангам? Неужели вы вовсе исключаете такую возможность?
- О нет, ни в коем случае! Будем откровенны: оба варианта могут принести нам большие неприятности. Но только в том случае, если мы не сможем определить направление главного удара русских. Оборона на нашем участке фронта сильная, хорошо продуманная - нельзя не отдать должное моему предшественнику. Командование сухопутных сил и фюрер возлагают на нас большие надежды. Именно здесь, на южных рубежах рейха, мы должны остановить русских, измотать в боях и начать новое, победоносное наступление. Мы щит Румынии и Балкан. Вчера в беседе со мной фюрер сказал: "Я верю, что именно группа армий "Южная Украина" способна внести коренной перелом в состояние дел на Восточном фронте..." Правда, фюрер несколько по-иному, чем ты, оценил ситуацию в Румынии. Он сказал: "Маршал Антонеску искренне предан мне".
