Он уже начал опасаться, что придется провести еще одну ночь возле дороги. Ему рассказывали, что, спустившись в долину, он непременно очень быстро наткнется на какое-нибудь ранчо, небольшой поселок или лесопилку. Дорога все время петляла и изгибалась, но чувствовалось, что постепенно она спускается все ниже. И, наконец, он с восторгом увидел перед собой широкое каменистое ложе с журчащим ручейком посередине. Он соскочил на землю и с вожделением вошел в холодную струю воды. Затем он растянулся на плоском, нагретом камне и вволю напился. Что за замечательная, вкусная, холодная вода! Болди пил, пока Мерсер не решил, что еще немного, и конь лопнет. Удовлетворившись, они вошли под сень сикамор на берегу.

Здесь было чудесно. Тишину леса нарушало лишь журчание ручейка. Солнце вот-вот должно было спрятаться за горный хребет на западе. Мерсер вытер потное лицо и подумал о зачерствевших бисквитах и поджаренном зерне в сумке.

Скоро к звукам ручейка добавилось щелканье неподкованных копыт по камню. На повороте дороги появился мужчина с осликом на поводу. Когда он подошел поближе, Мерсер разглядел, что это был маленький старикашка, седой и сгорбленный. На ослике были навьючены два бочонка для воды. Старичок внимательно, но без неприязни, посмотрел на Мерсера и поприветствовал его.

- Привет, незнакомец, - решительно сказал он.

- Привет, - медленно ответил Мерсер.

- Жара и сушь, не так ли? Да уж, жара у нас, как на сковороде, - и старичок начал отвязывать один из бочонков.

- Мой конь совершенно измучился, да и я тоже. Нет ли здесь поблизости какого-нибудь местечка, где мы могли бы передохнуть?

- Ну, милости прошу в мою лачугу, если не побрезгуете. Но у меня тесновато, а вот в Рисоне есть неплохой кабачок.