Она все еще не могла поверить, что он говорит искренне и внимательно всматривалась в его лицо. Она встала и, перескакивая с камня на камень, приблизилась к нему. Вода плескалась вокруг ее ног, омывая маленькие ступни и изящные лодыжки. Она слегка расставила руки, чтобы держать равновесие и это подчеркивало женственную округлость ее груди и нежную шейку. Она была так прелестна в своей отчаянной попытке проникнуть ему в душу, что Додж невольно забыл о тех переживаниях, которые терзали ее. Додж поднялся и подумал, что если она каким-нибудь словом или жестом не попытается удержать его, то для него будет лучше немедленно убраться отсюда.

- Вернитесь, - отрывисто сказал он.

- Я не упаду. А если бы и упала, что из этого? Моей одежде это повредить уже не может, - ответила она, впервые улыбнувшись ему. И эта улыбка околдовала его.

- Но вы можете удариться головой.

- Ну, в голове у меня никаких особенных мыслей нет, поэтому и ей это тоже не повредит.

- Нан, в вас такой же дьявол живет, что и во всех женщинах. Так, послушайте, Том говорил мне правду?

- Как же я могу признать это, если я знаю вас не больше двух минут? спросила она в бессильном негодовании.

- Вы так стоите, что похоже, как будто вы протягиваете ко мне руки, грубовато сказал он.

Она рассмеялась.

- Да, действительно, похоже. Но на самом деле я просто пытаюсь удержать равновесие.

- Ну, по крайне мере, меня вы полностью выбили из равновесия, - ответил он. - Нан, так дело не пойдет. Если у вас хватит здравого смысла понять, что я вам действительно друг, очень хорошо. Но будет лучше, если вы поторопитесь с этим, иначе я уеду отсюда.

- А у меня нет здравого смысла и... и вообще ничего нет, - беспомощно ответила она.

- А мне кажется, что вы не желаете говорить со мной откровенно, так, как я говорю с вами. Девушки вообще не умеют вести себя честно.

- Я умею. Но вы слишком многого от меня хотите. Все-таки мы почти незнакомы.