- Ты что... газет сегодняшних не читала? Ничего не знаешь?

- А что я должна знать? Я только что с поезда.

Вовка положил передо мной три номера понедельничных газет: "Смену", "Известия" и "КоммерсантЪ" - последние две были вывернуты питерскими страницами наружу. Три заметки были жирно обведены красным маркером. Я быстро пробежала глазами по заголовкам: "Гладь для дамы бубей", ""Афродита" лишилась своего раритета", "Незабудки исчезают в полночь".

- Что это?- Я почувствовала легкое беспокойство.

- Да ты хоть на снимки посмотри,- печально сказал Соболин.

Две из трех заметок сопровождались фотографиями. На обеих... была я. Только в одном случае я стояла фактически одна (другие гости были скрыты размытым фоном) - упакованная в серый палантин; на другом - я же, в том же палантине, но уже кокетливо поглядывающая на губернатора (задник этого снимка тоже был размыт).

- И что?- успокоилась я.- По-моему, я неплохо получилась.

- Подпись к снимку прочти хотя бы...- Вовка как будто даже устало вернулся к своему столу.

- ""Тогда я его у тебя украду!" - сказала журналистка "Золотой пули" Светлана Завгородняя хозяйке вечера Музе Веселовской... К концу презентации раритетный экземпляр исчез с выставки",- прочитала я вслух.- Вовка, что это значит?

- А то и значит: сначала наша красавица грозит известному модельеру воровством, если та по-хорошему не продаст шарфик, а потом этот шарфик, стоящий немереных зеленых, благополучно исчезает с выставки в неизвестном направлении...

- Ты что хочешь сказать?..- прошептала я.

- ...Только то, что сказал. Дело приобрело огласку, сама видишь, фотодокументы налицо. Ты - главная подозреваемая.

- Ты что, действительно считаешь, что это я украла?- я аж поперхнулась.

- Ничего я не считаю!- отмахнулся Соболин.- Только Обнорский уже с утра помчался к Парубку.

- А Парубок-то тут при чем? Это дело районных ментов.