- Я тоже думаю, что план прекрасный, самый лучший, какой только можно было придумать! Давай, Светочка, я тебе помогу...- потянул к ней руки обрадованный Зураб.

- Уберите его!- зашипела Света.- Я сама!

- Погоди,- остановил ее Зудинцев,- поближе подойдем, там и разденешься, а то замерзнешь у нас раньше времени и подвиг свой не совершишь.

Как диверсанты в тылу врага, мы подкрались к поповскому дому на максимально близкое расстояние. По дороге на нас опять напала та вредная собачонка, и пришлось дать ей еще один пинок. Светлана разделась, предварительно потребовав, чтобы мы отвернулись. По-моему, мы все жульничали, и кажется, Света это заметила, но никак не отреагировала.

Правда, трусики снимать она категорически отказалась, заявив, что для бандита будет достаточно и одной обнаженной верхней части тела. Посмотрев на нее, я вынужден был признать ее правоту. Зураб же, конечно, остался крайне недоволен, он явно рассчитывал на большее.

- Делаем так,- командовал Зудинцев.- Я и Шаховский подбираемся вдоль забора, а вы двое - через кусты смородины. Света через пять минут выходит из кустов. Поняла?

Учтите, мы должны выскочить очень быстро. Если он успеет заорать, то нам всем крышка! Перестреляют, как котят!

Вообще-то командовать должен был Зураб, как наиболее опытный в проведении таких операций, но Зудинцев как-то сразу захватил инициативу...

Через пять минут мы уже были на исходных позициях и ожидали выхода на сцену Светы. Я страшно нервничал, и от этого мне в голову лезли совершенно идиотские мысли. Так, например, я подумал, что неплохо было бы покрыть Свету фосфором, чтобы она светилась зеленым цветом.

Но где же она? Пора на выход!

Кусты раздвинулись, и в слабом свете луны вышла богиня Неожиданности в одних белых трусиках!

Это было великолепно! Бандит, охранявший окно, сначала вскочил на ноги, выронив из рук на землю ружье, потом, наоборот, сел на задницу и несколько раз очень тихим голосом сказал "мама". Тут мы и рванули в атаку. Бедняга был так поражен, что даже не понял, что происходит, когда несколько раз получил по голове тяжелыми предметами. Без звука он завалился на бок и так и остался лежать без движения.