Дойдя до домика, где обитала Лукошкина, я постучал.

— Заходите, открыто! — раздался ее голос.

Я зашел.

Аня сидела на кровати и изучала какие-то бумаги.

Я присел рядом. Взял ее за плечи, потянул к себе…

— Ты мне мешаешь, Андрей! — произнесла Лукошкина, не отрываясь от документов. — Извини, но я страшно занята.

Надо все это, — показала она на огромную пачку бумаги, — прочитать за час и сообщить в Питер клиенту, что я обо всем этом думаю.

— Мы же на отдыхе, Аня!

— Во-первых, мы не на отдыхе, а на семинаре. Во-вторых, у меня кроме Агентства, как тебе известно, есть клиенты, которые нуждаются в моей помощи. Юридической. И я не могу их подвести.

— Хорошо, — согласился я. — А вечером? Вечером ты будешь свободна?

— Вечером — буду.

— И мы увидимся?

— Увидимся.

— Где? — спросил я. — Здесь?

— Нет, не здесь.

— Значит, у меня.

— И не у тебя.

— На мороз больше не пойду, — максимально жестко заявил я.

— Давай, — задумалась Аня, — давай встретимся в сауне. Там тепло.

— А сауна в этой комсомольской зоне одна? — спросил я недоверчиво.

— Одна-одна. Значит, в сауне, в одиннадцать. Нет, лучше в одиннадцать тридцать. А то я не успею все свои дела доделать.

В обед случилась еще одна кража.

После обеда читал лекцию Соболин.

Блеснул. Превзошел самого себя. Обращался он, правда, только к Виктории.

Приводя примеры из практики, изрядно… э-э… ошибался в оценках своей роли и дважды почему-то упомянул планету Марс и тигров. Но очень даже ничего выступил. Вдохновенно.

* * * 

О краже стало известно только ближе к вечеру. Мы с Лукошкиной сидели в малом зале, я наблюдал, как Танненбаум разжигает камин… Аня продолжала читать свои бумажки и что-то отмечать в блокноте. Вечерело, на соснах за окном золотилась кора в лучах садящегося солнца.