Потом то еще ценить приходится, какой рыбак! Хороший рыбак - он знает, где рыба идет!.. Вот хотя бы меня самого взять. Я смальства на рыбе. Был раз у нас шторм... Я своим хлопцам говорю: "Ребята! После шторму обя-за-тельно должна рыба в берега ударяться!" Они, конечно, оспаривают: "Это когда как... Раз на раз не приходится..." Ладно!.. Ну, я раненько утром встал, круг бережка хожу, смотрю - есть!.. А другому покажи, кто этого не знает, - хотя бы вас взять - что вы увидите? Как есть ничего! Вода и вода тихая... А ры-бу - ее под водой надо чувствовать!.. Иду я к своим тогда, бужу: "Спускай, ребята, байды!" Так мы потом - верите? - байду за байдой потом к берегу гнали, а в байде считай рыбы в каждой пятьдесят пудов! Она ведь когда идет, эта рыба, до того плотный ход имеет, - палку в нее встремляй в середину, - стоять будет! Так и поплывет палка стоймя, куда рыба плывет!.. А куда же она ходит, рыба? Это ведь целая история, и все надо нам знать... Икру, например, метать - это она в сладкие лиманы ходит, а как отметается, ее мы не ловим тогда, пускай мяса-жиру нагуляет. Она, как отметается, идет до того унылая, совсем спит на ходу, и что касается жиру, то в ней его ни капли. Всякая рыба, как икру отметает, она нам тогда не годится... Также и шторм, например, взять... Какая рыба покрупней, поздоровей, та может шторм выдержать, а уж что касается мелочи если... султанка, например, если спротив шторма ей придется идти, от нее только одна голова остается, до того из последних сил выбивается!.. А в двадцать седьмом году летом она, барабунька эта, - ну, ее, конечно, и султанкой зовут, - вся чисто подохла! Она мелкую воду любит, около бережка, а вода возьми да враз вся зацвети, - вот она и задохлась. Теперь вот уж сколько лет после того мы ее больших партий не видим, а так только, если попадется случаем в сеть, даже жалко ее и оставлять, - на развод обратно кидаем в воду... А вот будто в десятом году, - я тут в те годы не был, старые рыбаки говорили, - из Турции штормом пригнало рыбу, - греки ее паламидкой называли, а русские названия не могли подобрать, как они такой подобной никогда не видали. Крупная рыба была, а до чего же, говорят, вкусная, и мясо в ней мягкое, а костей совсем чуть! Сама вроде как мраморная вся... Греки покупают и об ней говорят: "Из какого моря сама рыба, такую имеет и видимость..."