В международной революционной политике в 1920-е годы сталинская фракция взяла курс на травлю социал-демократии, особенно ее левого крыла. На первый план выдвигалась теорию социалфашизма, согласно которой социал-демократические партии являлись прямыми пособниками фашизма. Резолюция V Конгресса Коминтерна гласила: «при всё прогрессирующем распаде буржуазного общества все буржуазные партии и особенно социал-демократия принимают более или менее фашистский характер, прибегая к фашистским методам борьбы с пролетариатом… Фашизм и социал-демократия составляют два острия одного и того же оружия диктатуры крупного капитала. Социал-демократия поэтому никогда не может быть надёжной союзницей в борьбе пролетариата с фашизмом»

После краха борьбы с социалфашизмом, Коминтерн сделал резкий поворот вправо, отказавшись от революционной агитации и подчинив компартии буржуазным демократам и социал-демократии. Новой стратегией Интернационала стал курс на создание Народных фронтов. Однако, несмотря на все примирительные усилия компартий в условиях революционного подъема 1936-1938 годов (особенно во Франции и Испании) партии буржуазной демократии видели в рабочем классе и Коминтерне непреходящую угрозу.

Уступкам трудящимся, которых добивались Народные фронты, буржуазия предпочитала «торжество порядка». «Лучше фашизм, чем Народный фронт!» - таким был лозунг «демократического» капитала. Политика Народных фронтов обернулась новыми поражениями: буржуазные круги предали идею пресловутого народного единства против фашизма. Политики Франции и республиканской Испании капитулировали перед Гитлера и Франко.

В 1920-е годы произошла «большевизация» компартий. Сложившийся в РКП (б) режим был перенесен во все секции Коминтерна. В партиях III Интернационала установился жесточайший централизм, проводилась линия на полное подчинение Коминтерну, целиком контролируемому вначале триумвирами, а затем сталинской фракцией. Прошли чистки партий и их руководства, нередко в нарушении всех установленных норм назначавшегося из Москвы. Именно благодаря установлению режима полного подчинения зарубежных компартий советской бюрократии, вычищению из них всех самостоятельно мыслящих коммунистов и оказались возможны многочисленные неудачи в политике III Интернационала, а затем его ликвидация в 1943 году.