Жгучий взгляд Вильгельма останавливался с изумлением то на группах двигавшихся людей, то на широкой реке Думала ли глазевшая в это время на него толпа, что он будет для нее строгим властелином, но вместе с тем даст ей такие льготы, которых она прежде никогда не имела?

- Клянусь святым крестом! - воскликнул он наконец. - Ты, дорогой брат, получил блестящее наследство!

- Гм! - произнес король небрежно. - Ты не знаешь, как трудно управлять этими саксонцами... А датчане? - сколько раз они врывались сюда?! Вот эти башни - памятники их нашествия... Почем знать, может быть, уже в будущем году на этой реке снова будет развеваться знамя с изображением черного ворона? Король датский, Магнус уже претендует на мою корону, в качестве наследника Канута.. а... а Годвина и Гарольда, единственных людей, которых боятся датчане, нет здесь.

- Ты в них не будешь нуждаться, Эдуард! - проговорил герцог скороговоркой. - В случае опасности посылай за мной: в моей новой шербургской гавани стоит много кораблей, готовых к твоим услугам... Скажу тебе в утешение, что если б я был королем Англии, если б я владел этой рекой, то народ мог бы спать мирным сном от всенощной до заутрени. Клянусь Создателем, что никто никогда не увидел бы здесь датского знамени!

Вильгельм не без особенного намерения выразился так самоуверенно: цель его была та, чтобы добиться от Эдуарда обещания передать ему престол.

Но король промолчал, и кавалькада начала приближаться к концу моста.

- Это что еще за древняя развалина? - спросил герцог, скрывая свою досаду на молчаливость Эдуарда. - Не остатки ли это какой-нибудь римской крепости?

- Да, говорят, что она была выстроена римлянами, - ответил король. Один из ломбардских архитекторов прозвал эту башню развалиной Юлия.

- Эти римляне были во всех отношениях нашими учителями, - заметил Вильгельм. - Я уверен, что это самое место будет когда-нибудь выбрано одним из последующих королей Англии для постройки дворца... А это что за замок?