* Любимая поговорка короля Эдуарда.

-----------------------------------------

- Моя бабушка, Хильда, велела мне следовать за нею, и я пошла.

- Хильда?! - воскликнул король с притворным изумлением. - Но я не вижу с тобой Хильды... ее здесь вовсе нет.

При последних словах его Хильда встала: высокая фигура ее показалась так внезапно на вершине холма, что можно было подумать, не выросла ли она из земли.

Она подошла легкой поступью к внучке и поклонилась надменно королю.

- Я здесь! - произнесла она совершенно спокойно. - Чего хочет король от своей слуги Хильды?

- Ничего! - отвечал торопливо монарх, и лицо его выразило смущение и боязнь, - я хотел попросить тебя держать это молоденькое, прелестное создание в тиши уединения, совершенно согласно с его предназначением отказаться от света и посвятить себя безраздельно служению высшему существу.

- Не тебе говорить бы эти слова, король! - воскликнула пророчица, - не сыну Этельреда, сына Ведена! Последний представитель славного рода Пенда обязан жить и действовать; он не имеет права закабалить себя в монастырскую келью; нет, его долг воспитывать храбрых, доблестных воинов;, в них всегда ощущается громадный недостаток, и пока чужестранцы не уйдут до единого из саксонских владений, нужно беречь от гибели и малейший отросток на дереве Ведена.

- "Per la resplender De"?! Ты чересчур отважна! - воскликнул гневно рыцарь, находившийся подле короля Эдуарда, и смуглое лицо его запылало румянцем, - ты, как лицо подвластное, обязана, конечно, держать язык на привязи! Притом ты выдаешь себя за христианку, а твердишь о языческом своем боге Водене.

Сверкающий взор рыцаря встретился с взором Хильды; в глазах ее светилось глубокое презрение, к которому примешивался непроизвольный ужас.

- Дорогое дитя! - произнесла она, опустив нежно руку на роскошные кудри своей милой Юдифи, - вглядись в этого рыцаря и старайся запомнить черты его лица! Это тот человек, с которым ты увидишься только два раза в жизни.