Послышался характерный звонок. Дверца лифта открылась и первая порция подносов, обработанных паром, выползла наружу. Сначала разбирают подносы и сматываются к столикам самые нетерпеливые, потом подходят Сергей Сергеевич с Анечкой и на этом первая часть раздачи кончилась. Дверцы лифта захлопнулись, чтобы раскрыться через две минуты опять с новой порцией подносов. В этот раз, разбираем часть их, мы, то есть я и девушки, что меня окружают. На тарелках что то на подобии подогретого свекольного винегрета с кусочком тощей курочки и рядом традиционный полусладкий чай. Наша четверка имеет собственный стол и как только мы за него расселись, Ира сообщила всем новость.

- Сегодня Бориса после завтрака вызывает Пантелеймониха.

- Пантелеймониха, - удивилась Таня. - чего это она вдруг так рано?

- Сама удивляюсь.

- Наверно что-нибудь произошло, - предполагает Наталья

Словно в подтверждении ее слов мы услышали каркающие слова старостихи, Нины Ивановны.

- Чей поднос остался?

Все оглядываются. В лифте торчит одинокий, дымящийся поднос.

- Николай не пришел, - раздается голос Варвары.

- Где он? Федя, оторвись, сбегай в комнату Николая.

- Не надо бежать, - знакомый голос оторвал все головы от столиков.

В дверях, с копной седых волос, стояла моложавая врачиха нашего отделения Пантелеймоновна. Она в белом халате и в шапочке, я знаю, на ней больше ничего нет. Ее тело стерилизуется дважды, когда она приходит на работу и когда уходит, поэтому лишние одежды, это лишняя обуза при стерилизации.

- Николай заболел и находится в дез. камере, - объявляет врачиха.