Секретный полет инженера Блюма вполне мог состояться и остаться секретным в СССР, – где закон о государственной тайне даже советским гражданам не давал возможности узнать, что происходит за кулисами текущих событий. Мало изменилась ситуация и в сегодняшней России.

Я не первый год занимаюсь историей советской авиации и космонавтики и прекрасно вижу, сколько еще белых пятен на этом поле. Если я захочу узнать больше, с меня возьмут подписку о неразглашении. Я узнаю больше, но тогда не смогу о своем знании ничего рассказать читателю. Потому и приходится оперировать открытыми источниками и западными публикациями, по крупице вытягивая из них информацию и складывая потом из крупиц мозаику факта.

Честно говоря, такая игра утомляет, потому что бывает очень трудно отличить правду от лжи, а случайную оговорку от направленной дезинформации. Кроме того, все чаще стали попадаться мистификации.

Я сам любитель мистификаций. Досконально знаю, как это делается и в одной из следующих книг обязательно расскажу, но считаю, что во всем нужно блюсти меру. Когда академик Фоменко создает огромный труд-мистификацию, в котором вычеркивает тысячу лет из истории Европы и России, – это нестрашно. В конце концов, его работу можно воспринимать как своеобразный эксперимент, повод для профессиональных историков поразмяться, показать, за что они свою зарплату получают. Но когда трудов на ту же самую тему выпускают десятки и сотни, появляются хрестоматии и версии для «детей дошкольного и младшего школьного возраста», впору призадуматься: не зашла ли игра слишком далеко? Потребитель продукции а-ля Фоменко оказывается совершенно дезориентирован. Он и без того довольно смутно представляет себе мировую историю (результат идеологической обработки в советской школе, помноженный на сенсационное вранье журналистов эпохи Гласности), а теперь ему еще заявляют, что история эта придумана от начала до конца, а как оно было на самом деле – вообще никто не знает.