Сверхчувствительный диктофон, который я всегда ношу во внутреннем кармане пиджака, тотчас же начал фиксировать все наши слова.

- Мы, Светочка, культурная столица, ну, может, чуть-чуть криминальная, но уж не кремационная - точно.

- Не веришь? Тогда объясни, зачем правительство города выделяет сорок миллионов долларов для закупки в Германии ста двадцати кремационных печей?

Краем глаза я заметил, что в бар вошел еще один посетитель. Он быстро прошествовал мимо нас и подсел к столику, за которым пил кофе немолодой мужчина. Они пожали друг другу руки.

- Сорок миллионов?! удивился я.- Это какой процент городского бюджета?

- Бешеный.- Света развела руки, пытаясь показать этот самый бешеный процент.- Представляешь, какой кусок? И сколько будет украдено!

- Чья идея? Опять Витадай постарался?

- А кто ж еще? Пришел к губеру, сказал, что у города плохая карма и исправить ее можно, лишь закупив в Германии кремационные печи.

Гражданин Витадай Сергей Гогиевич, 1978 года рождения, был штатным колдуном при губернаторе, что давно уже служило поводом для многочисленных анекдотов. Откуда он взялся, история умалчивает, но в последнее время без этого паренька не принималось ни одно важное решение.

- Так бред же ведь!- не сдержался я.

- Не бред, а повеленье звезд,- поправила Светлана.- Витадай губеру так и сказал: вижу по звездам, что Петербург станет кремационной столицей России.

- А при чем тут Германия? Что, у нас не делают печей?

- Германия? Ты серьезно? Все понимают, а ты нет? Ну, Германия - это модно, современно. К тому же сам президент наш...- Светлана хихикнула и застыла с бокалом почти у самых губ, словно раздумывая, продолжить фразу или поставить многоточие.- Сам президент, как говорится... Оттуда.

В честь собственной смелости она немедленно опрокинула очередную порцию мартини и уставилась на меня, ожидая похвалы.

Я уже приготовился произнести пару мощных фраз про нашего президента, как вдруг из-за соседнего столика раздался крик.