Советско-германский «Договор о дружбе и границе», широко публиковавшийся в советской печати, после войны был изъят из оборота и ни в какие «истории» и энциклопедии не попал. К примеру, дипломатический словарь 3 подробностях описывает процедуру урегулирования конфликта, возникшего в 1924 году, «в связи с налетом германских полицейских на торгпредство СССР в Берлине», а договор о Дружбе не удостоился даже упоминания. Как и заявление Молотова о преступности войны с гитлеризмом. Существование тайных протоколов о разграничении сфер интересов между Третьим Рейхом и «Родиной победившего пролетариата» нашими политиками, историками и дипломатами отрицалось категорически, с пеной у рта. Хотя на Западе о них знала каждая собака — американцы опубликовали архивы германского МИДа еще в 1946 году — и «погрязнув в болоте фальсификации, распространяли небылицы о договоре и целях Советского Союза». Какой академический, однако, стиль.

Одной из основных задач советской делегации на Нюрнбергском процессе, кроме разоблачения преступлений нацистов, было составление перечня тем, обсуждение которых «неприемлемо с точки зрения СССР» — дабы победители «не стали объектом критики со стороны подсудимых». Среди вопросов, «недопустимых для обсуждения в суде», выделялись следующие:

Отношение СССР к Версальскому мирному договору.

Советско-германский пакт о ненападении 1939 года и все вопросы, имеющие к нему отношение.

Посещение Молотовым Берлина, посещение Риббентропом Москвы.

Вопросы, связанные с общественно-политическим строем СССР.

Советские Прибалтийские республики.

Советско-германское соглашение об обмене немецкого населения Литвы, Латвии и Эстонии с Германией.

Внешняя политика Советского Союза, в частности вопросы о проливах, о якобы территориальных притязаниях СССР.

Балканский вопрос.