Контакты с мусульманами помогли европейцам узнать, что враждебная культура — не просто порождение дьявола, но в некоторых отношениях более продвинута и обогащена опытом, чем их собственная. Европейские ученые стали осваивать мусульманские учения; расцветали проекты перевода арабских научных книг. Работая во вновь отвоеванной Испании, в которой трудились и мусульманские ученые, итальянец Жерар де Кремона (1114 — 1187) перевел труды Гиппократа, так же как труды Аристотеля и Галена, на латынь. Немецкий ученый Альбертус Магнус (1206— 1280) был одним из новых поклонников вновь открытого Аристотеля. Его учения и писания были всецело аристотелевскими, Магнус помог заложить фундамент греческой науки, в которой он мог бы, по крайней мере, сделать больше. Одним из учеников Магнуса был итальянский ученый Томас Аквинус (1225 — 1274). Он работал над гармонизацией философии Аристотеля и христианской веры, в чем преуспел. Аквинус был рационалистом: он чувствовал, что разум создан Богом, так как является составляющей Вселенной, и что правильно рассуждающий человек не может прийти к заключению, чуждому христианскому учению. Результат рассуждения никогда не будет зловещим или вредным. Эта стадия развития науки стала началом возобновления рационализма.
ВОЗРОЖДЕНИЕ
В Италии практика анатомирования была возобновлена в позднее Средневековье. Эта практика пользовалась дурной славой, но существовала важная законодательная школа в Болонье, и часто случалось, что законные вопросы, обсуждающие причины смерти, могли быть лучше всего решены при помощи посмертного вскрытия.
Школы в Болонье и Салерно главенствовали в медицинском направлении именно в это время. Возрождение анатомирования не заложило сразу новых основ биологии. Сначала первичной целью была иллюстрация трудов Галена и Авиценны. Ученый, овладевший основами наук по книгам, считал анатомирование слишком унизительной работой, которая предоставлялась «мастеровым».