Скотт начинает работу над романом "Вудсток".

Ноябрь.

Скотта навещает в Эбботсфорде завершающий свое образование в Шотландии русский студент Владимир Давыдов. Скотт расспрашивает юношу о его знаменитом дяде, поэте-партизане Денисе Давыдове, чей портрет Скотт держал в своей спальне. Денис Давыдов, узнав об этом, писал Скотту: "Признаюсь Вам, что за всю мою военную карьеру и даже за всю жизнь не было для меня ничего более лестного! Быть объектом интереса со стороны первого гения эпохи, самым страстным и пылким поклонником которого я состою, - это не только честь, это, я бы сказал, подлинное счастье, о котором я никогда не смел и подумать..." Скотт ответил Давыдову: "Немалая честь для меня, живущего на покое, быть предметом столь лестного мнения человека, справедливо вызывающего восхищение той патриотической доблестью, с которой он служил родине в час грозной опасности..." Позднее Скотт послал Давыдову свой портрет, а Давыдов Скотту оружие кавказских горцев для его коллекции.

20-го Скотт делает первую запись в дневнике, который он продолжает вести до конца своей жизни.

Середина декабря.

Паника в Лондоне в связи с крахом крупного банка; финансовые затруднения издательских фирм усиливаются.

Финансовый бум, который характеризовал начало 1825 года, переходит в глубокий экономический кризис, роковым образом отразившийся на делах фирм, связанных с Вальтером Скоттом.

Конец декабря.

Скотт работает над вступительной статьей и комментариями к английскому переизданию вышедших в Бордо в 1815 году мемуаров мадам Ларошжакелин, рисующих судьбы французских эмигрантов в период французской буржуазной революции. Пишет статью для "Куортерли ревью" по поводу первого издания (1825) дневника английского политическою деятеля эпохи Реставрации Стюартов Сэмюела Пеписа.

26 декабря приступ желчнокаменной болезни укладывает Скотта в постель.