- Сорок девять мостов на одну дорогу, - задумчиво произнес Жак, отрываясь от карты. - И каждый может быть взорван. А по сторонам - болота и леса. Чем ближе к побережью - тем больше болот. Это авантюра!

Он поднял голову и посмотрел на ночное небо:

- Как только рассветет, федералы опомнятся и... Мы не знаем: может быть, у них есть какие-нибудь силы на подходе. А Гуссенс и Кеннон грабят Обури...

Петр взглянул туда, куда теперь смотрел Жак - в направлении Бамуанги. Он много раз бывал в Обури - богатом городке напротив Уарри, через реку. Два банка на центральной площади, пивной завод, большой универсальный магазин, торговые склады... Да, там было что пограбить!

Командосы Кодо-3 проскочили городок с ходу. Жак предупредил, что сам расстреляет каждого, кто отстанет от колонны. Наемники, те, кто прилетел сюда в последние дни, поворчали, но возразить не посмели, хотя Жак был уверен, что и они уже наслышаны о богатой добыче на федеральном берегу...

Но теперь, томясь на шоссе, стиснутом стенами мрачного ночного леса, они с завистью поглядывали на зарево, освещающее небо в той стороне, где остался Обури.

И Жак чувствовал их настроение... Еще полчаса - и они не вынесут ни мрачной тишины леса, ни мысли о том, что принадлежащую им по праву завоевателей добычу сейчас делят те, кому посчастливилось попасть к Гуссенсу и Кеннону.

- Надо выслать патрули вперед по шоссе, выставить фланговые охранения. И назад - к Обури,- задумчиво предложил Жак.

Кувье согласно кивнул.

- Прежде всего отправь в Обури взвод англичан, - продолжал Жак. - Тех самых...

Петр хорошо помнил парней, о которых говорил Жак. Их было человек двадцать, и всех их завербовали в одном из лондонских кабачков на Фенчерч-стрит. Потом они неделю пьянствовали в отеле аэропорта Хитроу, учинили грандиозный скандал и драку с полицией, очутились в кутузке. Но их внезапно освободили и вместо суда отправили в Поречье.