Дювалье усмехнулся и подбросил ладонь к берету:

- Слушаюсь, шеф!

Глазки его довольно блестели: ему совсем не хотелось торчать здесь, дожидаясь, пока в него угодит отравленная стрела или автоматная очередь, выпущенная из леса. К тому же оставалась еще и возможность поживиться кое-чем в Овури.

Взгляд Жака остановился на верзиле Бенджи.

- А ты... Назначаю тебя командиром батальона вместо Кувье!

- Слушаюсь, сэр! - радостно вытянулся Бенджи и скосил глаза на убитого бельгийца. - Похороним его здесь или... захватим с собой?

Жак взглянул на убитого.

- Если пойдем вперед - похороним. Назад - возьмем с собой. В Уарри на кладбище есть место... для всех нас.

- Что так мрачно, шеф? - развязно ухмыльнулся Дювалье. - Нас еще ждут в кабаках Парижа - и с тугими бумажниками!

Но Жак не принял его тона.

- Бери "джип", Грилло, и... - Он вдруг остановил взгляд на Петре. - И еще с тобой поедет Питер.

- Но... - растерялся Петр от такого неожиданного поворота. - Как же...

Жак положил ему руку на плечо, он понизил голос почти до шепота, так, чтобы ни Дювалье, ни Бенджи не могли его расслышать:

- В Овури ты сможешь скрыться у кого-нибудь из местных жителей и дождаться федералов. Это хороший шанс, Питер! А здесь... если мы попадем в их руки, нас расстреляют на месте. Сейчас здесь белая кожа - пропуск прямо на тот свет! Не для этого же ты расходовал пленку и ночами сидел над своими блокнотами!

Жак слегка толкнул его в плечо:

- Иди же! Ты с нами ничем не связан!

И Петр понял, что Жак настоит на своем, что так или иначе его отправят в Овури - подальше от ловушки, которая вот-вот должна захлопнуться.

- Хорошо, - сказал Петр. Жак усмехнулся и махнул рукой:

- Езжайте!

- Адье! - шутовски поклонился ему Дювалье и, отойдя с Петром на несколько шагов, облегченно вздохнул: - Считай, что нам повезло, Пьер.