художественного вымысла и далеки от реальности).

*** С а м б и я - часть Пруссии, завоеванная Орденом к середине

XIII в.

При этих словах Мацько из Богданца вытянул свои руки - широкие, непомерной силы, а прочие, качая головами, стали поддакивать:

- Да, да! Это он верно говорит! Да!

Но тут разговор оборвался из-за шума, долетевшего с улицы в окна, из которых вынули бычьи пузыри, так как ночь спустилась теплая и ясная. Издали донесся звон оружия, человеческие голоса, фырканье коней и песни. Все в корчме удивились, так как время было позднее и луна уже высоко поднялась в небе. Хозяин-немец выбежал во двор корчмы, но не успели гости осушить последние кружки, как он еще поспешней вернулся назад и крикнул:

- Едет какой-то двор!

Через минуту в дверях появился слуга в голубом кафтане и алой шапочке. Он остановился на пороге, окинул взглядом присутствующих и, увидев хозяина, сказал:

- Вытрите столы да зажгите огонь: княгиня Анна Данута остановится здесь на отдых.

С этими словами он повернулся и вышел вон. В корчме поднялось движение: хозяин стал звать слуг, а гости в изумлении воззрились друг на друга.

- Княгиня Анна Данута, - сказал один из горожан, - это ведь дочь князя Кейстута, жена Януша Мазовецкого. Вот уж две недели как она в Кракове; это она, верно, ездила в Затор* в гости к князю Вацлаву, а сейчас возвращается оттуда.

_______________

* З а т о р - город в Силезии (в нынешнем Бельском воеводстве),

находившийся во владении одной из ветвей местных Пястов.

- Кум Гамрот, - сказал другой горожанин, - пойдемте на сеновал, для нас это слишком высокая компания.

- Нет ничего удивительного, что они едут ночью, - заговорил Мацько, днем такая жара, но чего это они заехали в корчму, ведь монастырь под боком?

Затем он обратился к Збышку:

- Родная сестра прекрасной Рынгаллы, понял?

А Збышко ответил: