Этот бьется и конный и пеший и при том так и сыплет дерзкими словами; только его все равно не поймешь, потому тараторят французы, будто в оловянные миски бьют, а так народ ничего, набожный. Они нам через немцев передавали, будто мы, христиане, защищаем язычников и сарацин, и слово дали доказать это в рыцарском единоборстве. Вот такой божий суд должен быть между четырьмя ихними и четырьмя нашими рыцарями, а встреча назначена при дворе Вацлава*, короля римского и чешского.

_______________

* В а ц л а в IV (1361 - 1419) из династии Люксембургов был

чешским королем в 1378 - 1419 гг., императором до 1400 г. (низложен

немецкими феодалами), вел борьбу с братом Сигизмундом (в связи с этим

иногда поддерживал Польшу). Об упомянутом здесь "рыцарском

единоборстве", как назначенном, но несостоявшемся, пишет Длугош,

относя спор к 1390 г.

Любопытство шляхтичей и купцов было так возбуждено, что они даже шеи вытянули и давай расспрашивать Мацька из Богданца:

- Кто же там будет из наших? Говорите скорей, не томите!

Мацько поднес ко рту кружку и выпил пива.

- Э, - ответил он, - за наших не бойтесь. Ян из Влощовы будет там, каштелян добжинский, да Миколай из Вашмунтова, да Ясько из Здакова, да Ярош из Чехова - все славные рыцари, отменные храбрецы, им не впервой драться на копьях ли, на мечах ли или на секирах. Будет на что поглядеть и что послушать, потому, как я уже сказал, французу ногой на горло наступи, а он все дерзкие слова говорит. Они всех переговорят, а наши, как бог свят, всех побьют.

- Честь и слава будет нашим, только бы господь их благословил, сказал один из шляхтичей.

- И святой Станислав*, - прибавил другой. Затем, повернувшись к Мацьку, он снова стал расспрашивать: - Нуте-ка, расскажите нам обо всем! Вы вот прославляли отвагу немцев и иных рыцарей, говорили про то, как легко они одолели Литву. А разве с вами им не было потрудней? Разве они так же охотно шли и против вас? Даровал ли вам бог победу? Наше оружие славьте!