Разруха в промышленности не позволила в широких размерах наладить ремонт подвижного состава на транспорте, не говоря уже о выпуске паровозов и вагонов. Доклады, которые представлялись в начале 1920 г. в ЦК партии и правительству, рисовали картину катастрофического положения на железнодорожном транспорте. Один из комиссаров эксплуатационного управления НКПС сообщал в ЦК РКП(б) о том, что воинские эшелоны из-за отсутствия паровозов простаивают на станциях по месяцу и более.

6 февраля 1920 г. Реввоенсовет Кавказского фронта телеграфировал В. И. Ленину: «В последнее время железные дороги почти бездействуют. Положение с каждым днем ухудшается, эшелоны бесконечно простаивают на станциях, теряя громадный процент заболевшими. Непринятие мер к железным дорогам лишит армии фронта какого бы то ни было подвоза и катастрофически отразится на ведении боевых операций».

Шесть лет войны исключительно тяжело отразились и на сельском хозяйстве Советской России. В 1920 г. посевные площади сократились до 62,9 млн. дес., в то время как Россия имела в 1909–1913 гг. 83,1 млн. дес. под зерновыми культурами.

Разруха народного хозяйства самым тяжелым и непосредственным образом отражалась на положении трудящихся и прежде всего на рабочем классе. В стране не хватало самого необходимого: хлеба, мяса, соли, жиров, мыла, топлива, одежды, обуви. На почве истощения и тяжелых условий жизни вспыхивали эпидемии, испанка и особенно сыпной тиф, смертность от которого была очень высокой.

Нужно было, воспользовавшись кратковременной передышкой, принимать срочные меры по ликвидации хозяйственной разрухи. «Все для народного хозяйства!» — таков лозунг, который выдвинула партия в начале 1920 г. в период наступившей мирной передышки.