Ею торгуют на рынках, в подземных переходах, в общежитиях, в школах и институтах. Торгуют в "Крестах". А на дискотеках - обязательно.

И всем хорошо - и ментам, и барыгам.

И только наркоманам БЕСПОНТОВО.

Костыль получил вторую стоху и ушел.

Я долго смотрел ему вслед. Я думал: сегодня он стреляет рублики "на жетончик" около метро. Завтра вывернет карманы у пьяного. А послезавтра? Как будет он добывать деньги послезавтра?

***

Для дела я взял напрокат у одного авторитетного человека не очень новый, но навороченный "лэндкрузер". Если кто-то из барыг попадется очень ушлый и задумает пробить номер, то он узнает, что "лэндкрузер" действительно принадлежит авторитетному человеку.

На мизинец правой руки я надел оч-чень неслабый перстень с "почти настоящим" камнем, а Сашка нацепил на шею толстую золотую цепь плетения "бисмарк"... Вот в таком виде мы и поехали по адресам.

Мы поехали по адресам, где нас, конечно, никто не ждал. Не нужны мы там. Но тут уж - извините.

Сашка нажал кнопку звонка и не отпускал, пока за дверью не раздались шаги... Потом потемнел зрачок дверного глазка... Потом неуверенно-хамоватый голос спросил:

- Кто там?

Зверев хамовато произнес сакраментальную фразу:

- Конь в пальто... Открывай, разговор есть.

Если Сашка по сценарию был "бандюган", то я - напротив - изображал неуверенного в себе "интеллигента". Я кашлянул в кулак и попросил Сашку:

- Вы повежливее, Александр.

Сашка пожал плечами, ответил:

- Это вам надо, а не мне... Я вообще могу уйти.

- Нет, нет, ни в коем случае. Я один, знаете ли... останьтесь.

Мы разыгрывали спектакль, зная, что из-за двери нас внимательно разглядывают и слушают... Сашка несколько раз несильно ударил ногой по двери. Я поморщился, схватил его за локоть, как бы удерживая.