- Говорил, дура и есть дура.

- Давай проваливай.

Опять шорох и наступила тишина.

- Ты не спишь, Андрей?

- Почти сплю.

- А я не могу. Там, где учились, кровати, одеяла, простыни, свежий воздух наконец, а здесь, как прошлый век.

- Ну не совсем, там пристают, здесь пристают, там ты отбиваешься крепким замком на двери, а здесь - винтовкой, более современно.

Она засмеялась.

- А ты как здесь очутился? Как тебя занесло в эту дыру?

- Болел, здесь вроде лечили.

- А кто, не Вылко?

- Он, даже амулет подарил на прощание, клык какой-то.

- Покажи.

Вспыхнула плошка и поплыла ко мне, неровно освещая голое тело. Наташа села на мои нары и приблизила плошку к лицу. Ее рука коснулась моей груди и вскоре клык оказался на ладони. Она долго смотрела на него.

- Никому никогда не говори и не показывай его, - вдруг сказала Наташа. - Это амулет нашего племени. Он дается могучим богатырям, продолжателям нашего рода.

- Разве я похож на могучего?

Она содрала с меня теплую шкуру и провела плошкой вдоль своего голого тела. Свет прошелся тенью по ее выступающим грудям.

- Ты им будешь.

Наташа погасила плошку и вдруг я почувствовал в темноте, как ее тело опустилось на меня.

- Мне холодно, согрей меня. Теперь я понимаю, почему меня оставили с тобой. Богатырю нужна достойная женщина.

Каникулы быстро кончились и вся молодежь заспешила в центральный поселок. Я тоже решил собираться. Моего дядю знали все полярные летчики и я надеялся, что меня из поселка вывезут на материк быстрее, чем от сюда.

Дед Сашка долго щурил на меня свои глаза.

- Помни Андрюша, - сказал он, - ты получил силу нашего народа. Трать ее разумно.

Мы обнялись и я пошел к ожидающей меня у катера Наташке.

- Скорей, а то опоздаем, - кричала она.

Летчики сообщили мне печальную весть. Дядя погиб. Он разбился при посадке самолета в тундре. Теперь я один. Завтра в Москву летит самолет и меня берут пассажиром.