- Я.

- Вот ты куда исчез. А я думал, куда это наш малыш пропал.

- Прислан сюда..., это... по приказу... товарища Сомова.

- Понятно, - хмыкнул Комаров. - После... зайди ко мне.

- Хорошо.

Мимо нас новый начальник прошел ничего не спросив.

- Теперь то Черненко будет здесь, как кот в масле кататься, - говорит мне Лешка, когда мы ложились спать. - Слышал, новый начальник приказал вернуть ему маузер.

- Ого. Кого же он теперь здесь будет расстреливать в затылок?

Лешка рванул меня к себе.

- Тише и забудь, что я тебе говорил. При Максимове еще можно было трепаться о том и сем, а при новом... лучше заткнуться в тряпочку.

- Ты чего?

- Нечего. Понял. И запомни, сейчас время такое, что лишнее слово может обернуться пулей для тебя, для меня, для всех.

Он отпустил меня и обмяк. Посидел на койке, потом поднялся.

- Извини, Серега, сорвался. Мы здесь с тобой как белые вороны в черном стаде остались. У тебя окончена гимназия, у меня год Казанского университета, а остальные что... Большинство бойцов еле-еле грамоту разумеют, а некоторые совсем не знают. Они... это чувствуют и барьер отчуждения давно зреет между нами.

- Я это знаю.

Между койками мечется завхоз. Он подходит к нам.

- Вы Кучера не видали?

- Кого?

- Кучера... Черненко.

- ??? Почему Кучер?

- Он в моих документа, когда принимал и сдавал оружие подписывался К.У.ЧЕР.

- Вот оно что. Так он сейчас наверно в канцелярии у нового начальника.

- Вот ты какая неприятность. Что же делать? Мне очень не хочется попадаться на глаза новому...

- А что произошло?

- Да не расписался он в одной графе, а меня за это могут и того... Пришел Черненко ко мне в кладовую и говорит, верни маузер, начальник приказал. Я говорю, мне не приказал, не дам. Смотри, говорит, тебе хуже будет. Действительно через минут десять прибежал разъяренный начальник и сразу в рожу. Во, какой синяк...