- Что ты сказал, милый? - спросила мисс Эванс у Ника, но, не дождавшись ответа, продолжала: - А вот ванная. - И с гордостью добавила: - У нас горячая и холодная вода и самая настоящая канализация. А ваша комната рядом.

Это было крохотное помещение с двумя узкими кроватями, разделенными ручной работы ковриком на полу. Шкаф, плетеный садовый стул и в большой рамке на стене изречение "Око божье все видит" составляли все его убранство.

Мисс Эванс заметила, что Кэрри смотрит на изречение.

- Мой брат очень набожный человек, - объяснила она. - Поэтому по воскресным дням вы должны себя вести примерно. Никаких игр, никакого чтения. Кроме Библии, разумеется.

Дети смотрели на нее во все глаза.

- Вам, наверное, это кажется странным, но лучше сразу во всем разобраться, правда? - застенчиво улыбнулась она. - Мистер Эванс человек добрый, но он очень строг в отношении поведения, чистоты и аккуратности. Грязь и неаккуратность, говорит он, оскорбительны для господа бога. Но вы будете вести себя примерно, правда? По-моему, вы хорошие дети.

Она почти просила их быть послушными, чтобы самой не попасть в беду. Кэрри стало ее жаль и в то же время как-то совестно. Они с Ником не отличались особой аккуратностью. Дома, в их теплой квартире, где царил вечный беспорядок, никто не требовал от них аккуратности. Милли, их прислуга, всегда подбирала за ними игрушки, стелила им постели и вешала в шкаф их вещи.

- Мы постараемся вести себя примерно, мисс Эванс, - сказала Кэрри.

- Зовите меня тетей Луизой, - предложила мисс Эванс. - Или тетей Лу, если так легче. А моего брата лучше называть "мистер Эванс". Он ведь член муниципального совета. - Она помолчала и с той же гордостью, с какой демонстрировала им ванную, добавила: - Мистер Эванс - очень важная персона.