В начале июня руководство СА активизировало работу на предприятиях. Глава политического отдела СА проник на завод Круппа, спровоцировав рабочих прекратить производство. Все это вызвало массированную атаку на Гитлера правоконсервативных кругов. Ее застрельщиком стал вице-канцлер Франц фон Папен – доверенное лицо крупных промышленников. 17.06. он заявил: «Руководство партии должно следить за тем, чтобы в стране не развернулась под новыми знаменами классовая борьба. Мы осуществили революцию не для того, чтобы проводить в жизнь программу марксизма. Тот, кто угрожает гильотиной, сам попадет под нож… Ни один народ не может позволить себе вечного восстания снизу, если он должен выдержать испытание историей… С вечной динамикой нельзя сделать ничего определенного по форме. Германия не должна стать движущимся в неизвестное поездом, о котором никто не знает, когда он остановится». Папен угрожал Гитлеру своей отставкой, а военный министр Бломберг – введением чрезвычайного положения. 25.06 командующий сухопутными войсками Фриче объявил боевую тревогу в рейхсвере, приказав солдатам оставаться в казармах. Рема исключили из Германского союза офицеров. Все известные факты ставят под сомнение распространенную версию о подделке доказательств заговора в СА Герингом и Гиммлером.
Гитлер срочно созвал совещание высшего руководства СА, и 30 июня 1933 г. – в «ночь длинных ножей» в Бад-Висзее близ Мюнхена отряды СС уничтожили почти всю верхушку штурмовиков. Попутно расстреляли старого противника национал-социалистов – бывшего канцлера Шлейхера, его соратника генерала Бредова и комиссара мюнхенской полиции в 1923 г. Густава фон Кара. Погиб Грегор Штрассер – прямодушный идеалист, борец за социальную справедливость и национальную чистоту. Особую часть убитых составили руководители католического движения – Клаузнер, Пробст и фон Бозе, а также идеологи папеновского «Клуба господ» Шотте и Юнг. Сам Папен случайно избежал расправы. Все эти лица не поняли глубины происходящих событий. Фон Папен вызвал недовольство Гитлера угрозами в адрес его движения, гораздо более радикального, чем представлялось католическим консерваторам, связь которых с враждебными нацизму международными кругами не была нарушена и в годы войны 1939-45 гг. В немецком народе расправу со штурмовиками встретили с полным сочувствием.