Э. Общества... Он ничего не видел... А в одном имении Могилевской губ. мне приходилось нередко встречать сначала губернатора, а затем и товарища министра внутренних дел, Эммануила Александровича Ватаци. При каждой встрече он неизменно спрашивал: - Очередной номер "Освобождение" у вас уже есть? - Еще нет. Но вам пришлют, - как всегда. - Благодарю вас. Очень благодарю: журнал - более, чем своевременный. И мы систематически рассылали из Петербурга свежие №№ "Освобождения" губернаторам всех губерний. Помню в той же Могилевской губ. вице-губернатора, князя Вяземского. Муж мой в период "Освобождения" был выслан на четыре года в Могилев. Там у нас тотчас же (подчеркнуто ред.) образовался кружок: городской голова, покойный Езерский, высланные бундисты, социал-демократы. Тут же "прогрессивные" помещики, чиновники. Странная, бестолковая смесь, отрицателей старой России. В 1904 году, весной, пришел к нам один из завсегдатаев этого кружка. - С Вами очень хочет познакомиться князь Вяземский... Князь Вяземский, вице-губернатор, от которого мы всегда добивались разных льгот для высланных... Свидание состоялось в частном доме..." "...В этот замечательный период все было к услугам революции. Совершенно уверена, что ни один член "Союза русского народа" не мог бы найти квартиры для прятки своих прокламаций, если бы это ему было нужно. Революция, напротив, имела все. Не говоря уже о нас, освобожденцах, к услугам которых были и люди, и деньги, и квартиры, и для революционеров более левых русские Иваны Ивановичи не закрывали своих дверей и своих кошелей. Купцы-миллионеры поддерживали террористов. Умеренные люди давали деньги на газеты, разлагавшие самодержавие. Любому бежавшему с каторги политику приют, почет и уважение. Казалось, - весь дух России, весь до последнего атома, пропитан революцией ..." Победоносцев однажды сказал, что благодаря тенденциозности большинства органов русской печати "политическими интересами охвачены в России все, от государственного человека до сельского дьячка и до последнего гимназиста".