Ф. Хеггерт, автор вышедшей в Вене после войны книги (на немецком языке) "Из мастерской масонства", ссылаясь на масонские источники, утверждает, что застрельщиками восстановления масонства в 1905 г. были кадеты - проф. Баженов и гласный Петербургской Государственной Думы М. Кедрин. Им и ряду других лиц "Великим Востоком Франции" было поручено возобновление "уснувшего" несколько лет назад, после неудачной попытки Ковалевского, русского политического масонства. По сообщению Хеггерта, когда число масонов в петербургских и московских ложах достигло ста, был образован Высший Совет из шести масонов, который стал руководить всеми действовавшими в России ложами Великого Востока Франции.

II

В созданные ложи были вовлечены видные представители интеллигенции, принадлежавшие к различным политическим направлениям: профессора, адвокаты, писатели, позже члены Государственной Думы, видные государственные чиновники, представители аристократии и военных кругов. Была создана Военная ложа, в которую входили либерально и радикально настроенные офицеры. Был масоном также и В. А. Маклаков. "Об участии В. А. Маклакова уже в этот ранний период, - пишет Г. Аронсон, - мы время от времени наталкиваемся в печати. В Париже, встретившись с Тырковой-Вильямс В. А. Маклаков сделал ей условный масонский знак". "Маклаков, - вспоминает Тыркова в книге "На путях к свободе", - в первый раз меня видел, да и моих гостей мало знал. Но это не помешало ему как-то мимоходом, среди шумного разговора, сделать масонский знак. В Париже я смутно слышала, что, как только началось Освободительное движение, профессор М. М. Ковалевский открыл в Париже русскую ложу. В нее вошли многие мои знакомые, включая моего товарища по судебному процессу Е. В. Аничкова. Кто еще был масоном я не знала и не старалась узнать, не придавая масонству серьезного значения, хотя их романтическая таинственность и дразнила мое любопытство. На масонство было принято смотреть, как на детскую забаву, и я, без малейших размышлений принимала этот взгляд" (стр.



28 из 91