В 1909 году глава Ордена г. Вавринский "вторично посетил министерство Внутренних дел, но там ему ответили, что правительство находит, что пропаганда идей ордена в России еще не представляет возможности". Потерпев неудачу, Добрые Храмовники решили действовать окольными путями. В отчете о присутствии главарей Ордена на Всероссийском Съезде по борьбе с пьянством вечерняя газета "Биржевые Ведомости" сообщала, что руководителям Ордена "удалось организовать группу лиц, пожелавших сделаться членами ордена. Так как в группу ВОШЛИ ОЧЕНЬ ВЛИЯТЕЛЬНЫЕ ЛИЦА, надеются что удастся добиться разрешения для открытия отдела. В противном случае будут сделаны шаги для легализации ордена в виде религиозной секты".

II

Когда масонов и полумасонов гнали из России в дверь, они лезли в окно. Нерешительность, половинчатость позиции правительства по отношению к масонству и связанным с ним организациями, очень облегчала проникновение в Россию. Правительство не имело никакой определенной, последовательной позиции к масонству. Поскольку запрещение масонства в России оставалось в силе, казалось бы, и правительство и органы полиции, должны бы вести бескомпромиссную борьбу со всеми видами деятельности, как русских, так и иностранных масонов, на территории России. Но этого то, как раз мы и не видим. Правительство по отношению к усиленно наступавшему на Россию масонству, занимало такую же непобедоносную линию, как и по отношению к сионизму: не существовало никакой четкой, определенной позиции к масонству, как организации явно антихристианской. Не было никакого плана активной борьбы против масонства, никакой определенной системы наблюдения за деятельностью масонов, масонских и полумасонских организаций; никакой целеустремленной контрпропаганды против усиленной пропаганды масонских идей в органах печати.