Тихий, синий вечер. Идем городом. Мигают желтые фонари. На улицах - ни души. Негромко отбивается нога. Приказано не произносить ни звука. Попадаются темные фигуры, спрашивает: "Кто это?" - Молчание.- "Кто это идет?"- Молчание."Давно заждались вас, товарищи",- говорит кто-то из темных ворот.- Молчание...
Город кончился - свернули по железной дороге. Свист - дозоры остановились. Стали и все, кто-то идет навстречу.
"Кто идет?" - "Китайский отряд сотника Хоперского"43. Подошли: человек тридцать китайцев, вооруженных по-русски. "Куда идете?" - "Ростов, бальшевик стреляй".- "Да не ходите, город оставляем, куда вы?" - говорим мы идущему с ними казаку. Казак путается: "Мы не можем, нам приказ".- "Какой приказ? Армия же уходит. А где сотник?"-"Сотника нет".
Китайцы ничего не хотят слушать, идут в Ростов, скрылись в узкой темноте железной дороги...
"И зачем эту сволочь набрали, ведь они грабить к большевикам пошли",говорит кто-то. "Это сотник Хоперский, он сам вывезенный китаец, вот и набрал. В Корниловский полк тоже персов каких-то наняли..."
Дошли до указанной в приказе отступления будки. Здесь мы должны пропустить армию и двигаться в арьергарде.
Мимо будки в темноте снежной дороги торопится, тянется отступающая армия. Впереди главных сил, с мешком за плечами, прошел Корнилов. Быстро прошли строевые части, но обоз бесконечен.
Едут подводы с женщинами, с какими-то вещами. На одной везут ножную швейную машину, на другой торчит граммофонный рупор, чемоданы, ящики, узлы. Все торопятся, говорят вполголоса, погоняют друг друга. Одни подводы застревают, другие с удовольствием обгоняют их.
Арьергард волнуется. Хочется скорее уйти от Ростова: рассветет, большевики займут город, бросятся в погоню,- нас всего 80 человек, а тут бесконечно везут никому не нужную поклажу. Наконец обоз кончился, и мы отходим на станицу Александровскую. В Ростове слышна стрельба, раз долетело громовое "ура". В Александровской на улицах казачьи патрули, казаки настроены тревожно. И не успели мы остановиться, как от станичного атамана принесли бумагу: немедленно уходите, казаки не хотят подвергать станицу бою.