Призвал к себе владыка урский мудрецов да велел в будущность заглянуть да всю правду ему доложить.

Пришло с десяток разных колдунов и чародеев. Многие пели ему песни лесные, восхваляя. Другие предрекали славу великую и победу. Да вот один старец безбородый и короткоостриженый сидел в углу и ни слова не молвил.

* * *

На Буяне тем часом, некогда кишевший людьми и процветающий Терем Золочёный, стоял как и прежде – поодаль в запущении, всё бурьяном да крапивой поросло. Никто не жил там уж давно, да люди местные говаривали, что видели силуэт девы в тех местах, и никто в толк не мог взять от чего мурашки идут по коже, как только приблизишься к терему. Посему обходили его люди добрые стороной.

* * *

Взглянул Заор на старца короткоостриженого, и печаль заныла у него в сердце. Велел всем остальным убираться прочь.

Два ура стояли и смотрели друг на друга, старец тут слово молвил:

– Знаю князь, в чём печаль твоя. В душе твоей глубоко сидит сила необычайная, что давным-давно была разделена на части, а нынче, думаю, тянет тебя на Мирград-Землю.

Удивился урский владыка словам старика – окромя близких ему людей никто не мог знать о замыслах его. Повелел оставить мудреца подле себя, дабы тот советы давал ему дельные.

Шло время, и Заор вовсе подружился со старцем. А было дело вот в чём.

Старец тот был потомком одного из уров, что прежде часть души Яра в себя вмещал, и на свет народившись, не схоронил, а сумел выпустить и раскрыть в себе силы необычайные. Мог видеть насквозь всякого, и сам был справедлив, но уклад жизни в краях урских изменился, и остался он непонятым. А посему, прожил большую часть жизни отшельником вдали от мирских благ. Да нынче, словно почуял, что время его пришло, будто велел ему кто – собрался утром ранним да отправился во хоромы княжеские, выйдя из мест нелюдимых.