Зудинцев резко остановился:

— Ну что ты ко мне привязался? Может, ей ночевать негде! Может, я ей комнату сдаю! И вообще, отстань от меня со своей ерундой!

Он в сердцах плюнул на землю и пошел дальше. Метрах в двухстах от филипповского дома мы опять остановились, потому что теперь просто необходимо было что-то решать.

— Оружие надо, — сказал я.

Каждый из них отреагировал по-своему. Зудинцев полез к себе под мышку и вытащил револьвер, пояснив, что он газовый, а Зураб откуда-то извлек кастет. Света из своей сумочки вынула электрошокер. Шаховский же только презрительно усмехнулся и не сделал ни одного движения.

— А у тебя что? — полюбопытствовал я.

— У меня штучка посерьезнее.

— Конечно, у вас, у израильских шпионов, все может быть.

— С каких это пор я израильским шпионом стал? — изумился Шаховский.

— Я-то откуда знаю! — ответил я. — Может, с тех пор, как услышал голос родины?

— Какой такой родины?..

— Хватит вам пререкаться! — потребовал Зудинцев. — Давайте лучше решим, что делать теперь будем. Горностаеву оттуда вытаскивать надо, а вы тут какой-то херней занимаетесь, шпионы, блин, недобитые!

— А что тут обсуждать? Налетим неожиданно и перебьем их! — внес предложение Зураб и посмотрел на свой кастет.

— Не пойдет, тут тебе не Абхазия, — категорически возразил Зудинцев, — они нас перещелкают, как кроликов.

— При чем тут Абхазия? — взвился Зураб. — Зачем Абхазия, там такого не помню, а вот в Приднестровье помню…

— Хватит! — оборвал его Зудинцев. — Давайте Родика послушаем, он хоть подступы к дому обследовал.

— Значит так, — начал я, — скорее всего, Вальку они держат в дальней комнате, это нечто вроде пристройки к дому. Я уже осматривал ее издали, окон там как будто нет, но зато в соседней есть. Как раз под этим окном на улице сидит амбал. Там от ближайших кустов метров семь до него будет, и по : идее он раза три в нас выстрелить успеет или завопит, как паровоз. Но есть одна мысль… можно попробовать, только без активного участия Светы не обойтись