- Я приму это к сведению. Если у защиты, какие-нибудь вопросы?

Встает седой мужик, что рядом с Каюровым и говорит.

- В связи с появившимися новыми данными, не внесенными в настоящее дело, защита просит отсрочки на одни сутки.

Судья опять советуется со своими соседями. Потом кивает головой.

- Принято, дело откладывается на завтра.

Но тут подпрыгивает Жанна Дмитриевна.

- В связи с изменением хода дела, я хочу, чтобы свидетелю была выделена охрана.

Защитник Каюрова прерывает прокуроршу.

- Я тоже заинтересован в свидетеле и прошу уважаемый суд, не тратить сил и государственных средств на охрану свидетеля. Не лучше ли его временно изолировать в каком либо КПЗ.

- Но я же свидетель, а не осужденный, - возмутился я.

- Все для вашего же блага, я прошу суд удовлетворить мою просьбу. Тем более законодательством кратковременно разрешена задержка граждан для выяснения обстоятельств...

Я по роже судьи вижу, что он согласиться с ним, но для приличия опять советуется со своей командой.

- Принято. Отведите свидетеля под охраной в третье КПЗ.

Вот так. Хорошее называется начало.

В КПЗ меня обыскивают как преступника. Конвоир спрашивает у дежурившего капитана.

- Куда его?

- Это тот, кто обижает Арсен Давлетовича? Ему место в 23 камере.

- Я не осужденный, я свидетель.

- Топай, топай. У нас знают, кто ты. Сейчас тебе мозги промоют, завтра сразу дашь правильные свидетельские показания.

Это небольшая камера с двухъярусной койкой. На нижней сидит толстый полураздетый бритый амбал.

- Кого еще принесло? - хрипит он.

- Подарок от Юрия Ивановича, - сообщает ему мой конвоир.

- Ага. Понятно.

Дверь захлопывается и я остаюсь один на один с этим типом. Мы молчим и изучаем друг друга.

- Ну что, подлюга, - начинает он, - давно мне таких подарков не делали. Снимай штаны...

- Иди ты...