Оно не прекращалось никогда, но в нашем веке были достигнуты особенно впечатляющие результаты.

Мнимая убедительность

В комедии Ж.-Б. Мольера «Лекарь поневоле» есть такой диалог:

С г а н а р е л ь. Мы, великие медики, с первого взгляда определяем заболевание. Невежа, конечно, стал бы в тупик и нагородил бы вам всякого вздору, но я немедленно проник в суть вещей и заявляю вам: ваша дочь нема.

Ж е р о н т. Так-то оно так, но я хотел бы услышать, отчего это случилось?

С г а н а р е л ь. Сделайте одолжение. Оттого что она утратила дар речи.

Ж е р о н т. Хорошо, но скажите мне, пожалуйста, причину, по которой она его утратила.

С г а н а р е л ь. Величайшие ученые скажут вам то же самое: оттого что у нее язык не ворочается.

Ж е р о н т. А в чем вы усматриваете причину того, что он не ворочается?

С г а н а р е л ь. Аристотель сказал бы по этому поводу… много хорошего.

Ж е р о н т. Охотно верю.

С г а н а р е л ь. О, это был великий муж!

Ж е р о н т. Не сомневаюсь.

С г а н а р е л ь. Подлинно великий! Вот настолько (показывает рукой) больше меня. Но продолжим наше рассуждение…

Смешно, конечно, наблюдать, как мнимый специалист пытается убедить окружающих в своем высоком профессионализме. Ясно, что здесь налицо убедительность наизнанку. Но какие именно ошибки допускаются «лекарем поневоле»? Каждый ли из нас способен не только посмеяться над его неуклюжими рассуждениями, но и указать те конкретные нарушения правил аргументации, которые содержатся в них?

Даже неспециалисту бросаются в глаза три грубые ошибки.

Первая – двукратное использование тавтологии, т.е. повторение с небольшой модификацией одного и того же вместо указания действительной причины («ваша дочь нема… оттого что она утратила дар речи… оттого что у нее язык не ворочается»). Этот прием довольно часто используется для придания иллюзии убедительности пустым, бессодержательным речам.