Есть и такие как, например, Маркс – умен, но не предприимчив. А тогда ведь не было чисто писательского труда, которым с учетом спонсорства Энгельса удалось бы нарожать стольких детей. Притом заметьте, я уже вам говорил, что иногда родня живет между собой хуже, чем с чужими людьми. Но, будучи одного поля ягода, неудачники из торгового племени лучше всех знают, где, как и какой можно ограбить караван. Из этой–то предпосылки и родились, например, в Египте «кази» – древнейшие разбойники, которые только ближе к нашему времени слегка изменили свое название, в казаков. И двор у наших нынешних казаков до сих пор называется по–еврейски «баз», откуда и произошли впоследствии «греческие» базилевс и базилика. А самым первым, доподлинно известным нам, и самым крупнейшим казаком–разбойником был Александр Македонский. Причем заметьте, даже дурак поймет, если ему объяснить, что в те времена невозможно было завоевать столько государств, сколько «завоевал» Македонский. Я имею в виду не ограбить по порядку, а именно завоевать, в смысле – удержать всю эту уйму государств хотя бы на неделю.

Именно поэтому, когда возникло товарное производство в городах, торговля сосредоточилась там же, а торговые караваны, посланные за экзотикой, раз в десять сократились. И отдельные мелкие банды всяких там Ильей Муромцев вынуждены были или бросить свой разбой, или объединяться в крупнейшие банды под командой Александров Македонских. Вот, кажется, и все объяснения.

Эти банды могли только воевать и грабить, ничем править они не могли, ума маловато. Поэтому, взяв город, разворошив наугад тайники, съев и выпив там все что можно, Македонские шли брать другой город. Примерно так через полгода, может быть и раньше. Или чуть–чуть позже. В основном это зависело от удачливости по раскурочиванию зиккуратов (см. другие мои работы, по архитектуре).

Разумеется, как только грабители уходили, все возвращалось тут же на круги своя. Плебс, не считая примкнувших к разбойникам плебеев, был на месте.