Главное тут, кроме изложенного выше, было также то, что торгового племени не могло быть больше 5 процентов от всеобщего плебса города и плебса, приходящего в город за покупками. Иначе им не прокормиться, производительность труда–то была не в пример с нынешней низкая. Поэтому торговое племя, вернее ее мобильная часть – самаритяне, всегда готова была двинуться в новые края, за горизонт. Ибо по–еврейски «сам» – небо, «ар» – земля, вместе – горизонт. То есть схождение неба с землею. Поэтому, как только им встречалось что–нибудь получше в смысле пропитания, чем Вавилон, так Вавилон оставался на произвол судьбы, а племя «переселенцев» концентрировалось, например, в Дамаске. Так они и двигались вплоть до Тихого океана, бросая неперспективные города, например, став японскими самураями. Ибо «сам», как я уже говорил, – небо, а «ур» – свет. Вместе – «свет неба» или «небесный свет». Потом переплыли океан, (см. другие мои работы). О Западной Европе речь – особая, но длинная, так что читайте другие мои работы.

Закончу, однако, тоже цитатой: «Знать представляла собой совершенно замкнутый класс: «альмехенооб» (так и слышится аравийское – мое) называли они себя, то есть «те, кто имеет отцов и матерей», обладатели родословных таблиц. К ней принадлежали также жрецы, выходцем из знати был и наследственный князь «халач виник», «истинный человек». А на этих «имеющих отцов и матерей» работал весь народ. Одну треть урожая крестьянин отдавал знати, другую треть – жрецам, и лишь последней частью урожая он мог распоряжаться по собственному усмотрению».

И еще попалась одна цитата, я ее приведу, так как, надеюсь, вы помните, как я интерпретировал греческие «театры», назвав их судами. Вот она (стр.468): «гигантский амфитеатр, каких Европа не знала ни в древнейшие времена, ни в двадцатом веке – здесь было сто двадцать каменных наклонно поднимающихся рядов!» Надо знать при этом, что в греческих амфитеатрах рядов было раз в пять–десять меньше.

Зиккурат как надежный сейф, ключ от которого – в голове