Из соседнего с салуном кафе вышли двое. Один, с зубочисткой во рту, сказал:

- Кто еще мог это сделать, кроме Калвера? Этот код знали только мы двое, а к чему мне красть собственные деньги?

- Он неплохой парень, Линдсей. Я знал его еще ребенком. И даже знал его отца.

- Мы все знали старика Калвера, - сказал Линдсей. - У парня хорошая репутация, может, он честный человек, но факт остается фактом: кто-то открыл сейф с цифровой комбинацией! Нигде ничего не попорчено. Никаких следов взлома, а сейф - совсем новый.

Он сплюнул.

- Ну а что касается его отца, то ты знаешь, Коуэн, что в свое время он не брезговал чужими коровами.

Коуэн рассмеялся.

- Конечно, знаю! Я ему помогал! В те дни все мы клеймили все подряд, да и на твоем ранчо бегает немало телят, чьи мамы носили другое клеймо. Разве можно на этом основании обвинять человека, ведь времена изменились. Те дни в прошлом, и мы все это знаем. Теперь действует закон и, поверь мне, это лучше, чем было раньше. Кроме того, кто в те дни знал, кому принадлежит корова? Никто не клеймил годами, и уж конечно, старик Маверик никогда не клеймил свой скот. Когда мы с тобой здесь появились, бычок стоил ровно столько, сколько стоила его шкура с жиром. После Гражданской войны всем вдруг понадобилась говядина, вот тогда времена изменились.

Боудри не двинулся с места. Если они его и заметили, то, очевидно, считали спящим.

- Дело вот в чем, Коуэн: мне срочно нужны деньги. Я не могу терять двадцать тысяч долларов просто так! - Он щелкнул пальцами. - Из них шесть тысяч - в оплату за скот, который я еще не доставил, скот, который я продал Россу Йерби.

- Он все еще покупает скот? Ведь он на днях взял у меня тысячу голов.

- Да знаю я! Ты положил деньги ко мне в банк, и часть их лежала в том самом сейфе!

- Да ты что? - Коуэн неожиданно рассердился. - Черт возьми, Линдсей, что же у тебя за банк!