- Да, вот в чём. Настроился я сейчас, - ответил поспешно радио-телеграфист, - на морскую длину волны, нет ли чего? Ан вот и слышу такую вещь. Я уж и так хотел за вами послать.

А прибор всё подвывал тревожно и неотступно:

SSS - OOO - SSS

Пароход "Красная звезда" гибнет.

- Погоди, сказал Морозов, ты можешь определить, откуда это? Почему они места своего не указывают, если они гибнут? Куда же помощь посылать?

Александр Петрович ответил:

- На это Моррисонов прибор надо. У нас нет.

Но Морозов не растерялся.

- Вызови аэродром нашего Общества и сообщи ему об этом сигнале. У них-то Моррисонов прибор есть? - спросил Морозов.

- Есть, конечно.

Морозов вышел.

Подойдя к товарищу Красных, Морозов, наклонившись к самому уху полпреда, рассказал ему о сигнале, который подаёт "Красная Звезда".

Одно лишь странно, товарищ Красных, - сказал Морозов, - почему они местонахождения своего не указывают. Я сказал, чтобы наша станция, с дирижабля, телеграфировала Лондону. Там смогут точно определить, откуда идут эти сигналы.

Красных вдруг в свою очередь пригнул ухо Морозова и прошептал что-то.

Морозов вышел в аппаратную подать вторую депешу на аэродром Англо-Советского воздушного общества.

На всех аэродромах этого Общества весь служебный персонал был русский, за исключением некоторых инженеров, да в правлении заседали представители английских акционеров. Поэтому Морозов знал, что депеша полпреда СССР будет выполнена Лондонским аэродромом моментально и беспрекословно.

Смущение советской миссии не прошло незаметным для американцев, получивших радио-телеграмму, возбуждавшую подозрение Морозова.

- Теперь акции "Советского Ллойда" не будут стоить ломаного гроша. Ни о каком соглашении с американскими судовладельцами не может быть и речи, по крайней мере теперь, а там посмотрим, - сказал тихо один.

- Да, это наш первый удар большевикам, - пробормотал другой.

III.