Переживания, объединенные общим понятием «мазохизм», весьма разнообразны: от наслаждения/боли до раскрепощенной сексуальной активности с применением цепей и кожаных ремней для сокрытия эмоциональной боли, которая настигает нас почти ежедневно и дает нам ощущение удовлетворения. В более широком смысле этого понятия к мазохистам относятся не только приверженцы рабской покорности и дисциплины, но и люди, которые провоцируют и поддерживают отношения, приносящие им боль, не испытывая явного удовольствия, которые просто не знают, как эти отношения прекратить. Ревнивые любовники, брошенные возлюбленные, сексуально раскрепощенные и сексуально зависимые — каждый из них совершает мазохистские поступки. Повсюду мы видим торопливых служащих, обойденных вниманием супругов, не оцененных по достоинству предприимчивых дельцов, чувствующих, что над ними совершается насилие.

Чтобы дать о себе знать, мазохисту совершенно не нужно быть кровожадным и вопиюще вульгарным. Он наделен весьма ощутимым элементом человечности — классической формой нормы, т. е. чем-то «среднестатистическим». Все мы в среднем ежедневно ходим на работу, стоически выдерживаем давление некомпетентного менеджмента, инфляцию, налоги, скуку и сбои в работе компьютеров. По правде говоря, в среднем у нас крайне постыдные сексуальные мазохистские фантазии, которые, как правило, не реализуются в постели. Мы в среднем обычно лелеем тайные, но скромные амбиции, планы, надежды, которые почему-то никогда не становятся реальностью, а вместо этого оборачиваются болезненными воспоминаниями и горькими разочарованиями.

Мазохизм всегда считался крайностью. Согласно общим представлениям, мазохисты — это экстремисты и маргиналы. Если эксцентричные мазохисты будут говорить о себе в среднем, находящийся внутри каждого из них индивидуалист будет чувствовать себя оскорбленным. Мы относимся к мазохистам так же, как к преступникам и умственно отсталым, т. е. к людям, находящимся на краю той туманной области, которая называется психопатологией.