"Фридрих (Фридрих Великий. — С. И.) взял на труд опровергать Макиавелли еще до того, как стал королем; полагаю, он сделал бы лучше, если б оправдывал его после своего воцарения. Этот Макиавелли писал разве что для мелодраматических тиранов" (ССССII). Обратившись к основному произведению Лас Каза, мы не найдем в нем ни одного высказывания Наполеона, касающегося знаменитого флорентийского гуманиста, тогда как в "Максимах и мыслях" их наберется еще пять. Но здесь весьма возможно предположение о том, что у Наполеона — редактора "Мемориала" были свои причины избегать упоминаний о Макиавелли: и роялисты, и либералы не раз обвиняли его в политическом макиавеллизме.
"Мир — это великая комедия, где на одного Мольера приходится с десяток Тартюфов" (CCV). В "Мемориале Святой Елены" Наполеон неоднократно высказывается о Мольере, причем Лас Каз сообщает, что Наполеон не раз читал "Тартюфа" после обеда в присутствии придворных и однажды выразился об этой пьесе как о неподражаемом произведении великого писателя, но в то же время сказал, что не поколебался бы запретить постановку этой пьесы, если бы она была написана в начале XIX в., ибо некоторые сцены, по мнению Наполеона, весьма грешат против нравственности.
Обратимся к другим высказываниям Наполеона о древней и современной ему литературе.
В "Мемориале" зафиксированы слова Наполеона о Гомере. Это не удивительно, ибо на протяжении всей своей жизни он не раз перечитывал гомеровский эпос и даже брал Гомера с собой в походы, а когда у Наполеона возникла идея создания походной библиотеки, то в списке книг, составленном лично императором для своего библиотекаря Барбье, значились поэмы легендарного слепого певца.