Даже вот так. То есть, есть определенная часть людей, которые очень спешат быстрее всех засвидетельствовать свое почтение всякой новой власти. Как мы с вами помним, в августе 1991 года некоторым, включая меня, показалось, что власть меняется, но каждый на это реагировал по–своему. Вот они решили засвидетельствовать свое почтение новой власти. Потом выяснилось, что власть не меняется, все на своих местах, только они теперь по–другому называются. Теперь не первый секретарь обкома КПСС, а глава областной администрации. Соответственно, испуг прошел, и все вернулось на круги своя. Нынешнее состояние советской и российской военно–исторической науки, Института военной истории, Академии военных наук, которой руководит товарищ Гареев, это их нормальное, естественное для них состояние. То, что с ними произошло в 1989–91 годах, это был такой исторический заскок.

— А новая историография войны, о которой вы говорили в начале нашей беседы, это вы и Суворов или есть много других исследователей, и вы чувствуете, что ваши ряды тоже достаточно велики?

— Даже и речи не может быть о том, чтобы это было две, три или четыре фамилии. Например, вышло уже в свет пять сборников под общим названием «Правда Виктора Суворова». Опять же, название желтое, бульварное, созданное отделом маркетинга, тем не менее, вышло пять толстенных книг, сборники статей самых разных авторов, живущих в России, в Украине, в Америке, в Европе, где только не живущих, на разных языках пишущих, в том числе, есть и те, кто вообще никогда не был советским человеком, урожденные американцы и немцы, то есть это уже десятки авторов, которые эту новую историографию войны формируют. Недавно из этих пяти сборников вышел сборник в Германии, перовая ласточка на немецком языке под названием «Девять русских историков обвиняют Сталина». Конечно же, не две–три фамилии. Есть многочисленные серьезные работы.

Причем кто–то в силу каких–то причин уходит, не тратит время на выводы глобального порядка, но в любом случае разрабатывает какие–то пласты, конкретные истории, вводятся непрерывно новые факты, осмысливаются по–новому события, есть нормальные, профессионально сделанные описания большинства военных операций того же 1941 года, серьезные роботы по истории разведки, по предыстории войны, по советскому военному планированию.