— Я категорически не соглашусь со всем предыдущим высказыванием. Моя судьба абсолютно не похожа на судьбу товарища Некрича. Товарища Некрича затравили: это значит, что его выгнали из советского университета и пригнали работать в американский университет профессором. Это не самое тяжелое наказание, которое выпадало советскому человеку за 70 лет советской власти, бывали хуже наказания.

Что же касается этой книги, то мне немножко знакома история ее появления в хрущевскую эпоху, когда начала формироваться эта новая, очередная по счету, «правда войны» — по поводу того, что один был только плохой человек. Все были хорошие, все были герои, замечательные полководцы, как один человек весь советский народ поднялся, но был один плохой человек, который всему мешал — Иосиф Виссарионович Сталин. И с точки зрения этих представлений, этой очередной «правды», была написана книга Некрича. Он получил бы за нее очередную Государственную премию, но произошел небезызвестный октябрьский переворот. Хрущева скинули, поставили Брежнева, та правда была объявлена неправдой, хрущевский период был назван волюнтаризмом и в ходе выкорчевывания предыдущего хрущевского периода попала под раздачу и книга Некрича. Книга, на сегодняшний день представляющая только исторический и литературный памятник: то, что там написано, сейчас полностью и безоговорочно опровергнуто новым массивом документов, которые введены в научный оборот, теми работами, которые сделаны за последние двадцать лет. Поэтому, конечно же, эта история не имеет ничего общего с тем, что я для себя и для других называю новой историографией Великой Отечественной или Второй мировой войны.

— Что же это за историография и какова ваша правда о войне?