Жуков говорил и о том, что для советской артиллерии, во всех отношениях превосходной, запасено мало снарядов, особенно гаубичных, противотанковых и зенитных. Сталин слушал внимательно, не прерывая. Когда Жуков выговорился, он, не оспаривая справедливости сказанного, порекомендовал помнить о реальных возможностях, а "не фантазировать насчет того, что мы пока материально обеспечить не можем". Правительство приняло " меры по ускорению работы оборонной промышленности.

Это объяснялось отнюдь не тем, что недооценивалась военная опасность. Речь шла о предполагаемых сроках начала воины. В Москве все же думали, что мир не будет нарушен по крайней мере до 1942 года. Предложения Жукова представлялись преждевременными, способными создать затруднения в выполнении народнохозяйственных планов.

И. В. Сталин стремился оттянуть вооруженный конфликт с тем, чтобы лучше подготовиться. Он был .политиком, Жуков - военным, а старая аксиома гласит: война - не больше чем средство политики Другими средствами. Рассуждая как политик, Сталин опасался дать гитлеровцам предлог для нападения. на Советский Союз. В марте 1941 года нарком обороны С. К. Тимошенко и Г. К. Жуков обратились к Сталину за разрешением призвать приписной состав из запаса, чтобы обучить его по последнему слову военного дела. Сначала Сталин отказал, рассудив, что призыв, в предлагаемых размерах может быть использован немцами для провоцирования войны. Все же в конце марта - начале апреля призвали 800 тысяч человек, которых в осеговном направили для пополнения дивизий в приграничных округах. К июню 1941 года в Красной Армии и флоте насчитывалось около 5 миллионов человек, в то время как гитлеровская Германия держала 8,5 миллиона, человек в вооруженных силах.