- Если думать об этом безостановочно, не боясь смерти.

Я пожал плечами, сохраняя в лице вежливую готовность слушать далее. Пациент мой судорожно завертелся на стуле, очевидно, уколотый.

- Невероятно? - воскликнул он. - А что, если я вам такую перспективу покажу: вы, вот вы, доктор, сразу, вдруг, сидя на этом кресле, вспомните, что есть бесконечное пространство?.. Хорошо-с... Но вы ведь мыслите о нем со стенками, вы ведь стенки этому пространству мысленно ставите! И вдруг нет для вас ничего, стенок нет, вы чувствуете всем холодом сердца вашего, что это за штука такая - пространство! Ведь миг один, да-с, а этот самый миг вас насмерть уложить может, потому что вы - не приспособлены!..

- Возможно, - сказал я. - Но я себе не могу даже и представить...

- Вот именно!.. - подхватил он с болезненным торжеством. - И я не представил, но чувствую, - и он стукнул себя кулаком в грудь, - вот здесь ношу чувство такое, что, как только подумаю об этом пристально, не отрываясь, - пойму... А поняв - умру. Вот давеча я просил вас слова "мат в три хода" крикнуть, если я руку подыму... Все это оттого, что вы мне этими самыми словами в критический момент, когда оно начнет уже подступать, другое направление мыслям сразу дадите.

А задачу эту в три хода я выудил, когда еще журнальчик один выписывал. Я ее, голос ваш услышав, - и начну с места в карьер решать... Так вот-с... сижу я, вдруг, слышу, жена меня с крылечка зовет: "Миша!". А я слышу, что зовет, но отвечать ей, представьте себе, не могу, - сковало мне язык, и все тут... Потом уж я догадался, в чем тут штука была: настроение у меня было в момент этот, так сказать, самое неземное, редкое даже настроение, а тут нужно о деле каком-нибудь домашнем разговаривать, пустячки разные. Молчу я. Второй раз зовет: "Миша-а! Уснул, что ли, ты?" Тут я разозлился и сказал ей, извините, вот эти самые грубые слова: "Пошла к черту!" Хорошо-с. Ушла она. И так мне грустно стало после этого, что и не расскажешь.