Задерганная непривычными инструктажами команда, перенапряженный кандидат, невыспавшиеся наблюдатели – все желают только одного: чтобы все это поскорее закончилось. «А тут еще этот парашютист который год падает в колхозный курятник», – пьяные пиарщики последними наставлениями рискуют окончательно настроить против себя весь коллектив. Разговорами про фальсификации они явно снижают значение изнурительного труда наблюдателей на участках. В итоге это может вылиться в уменьшение размера вознаграждения за дежурство на участке.
Команде невыгодна тема фальсификаций, потому что она усложняет работу, вносит элемент нестабильности в слаженную работу штаба.
Политтехнологам тема фальсификаций неинтересна, потому что она выбивается из выстроенной концепции покорения избирателей эффективными агитационными и информационными приемами. Эта тема стоит поперек – она бросает вызов всему арсеналу знаний и умений профессионалов.
Подобно философу Витгенштейну, посвятившему свой труд логически безупречным высказываниям о реальности, политтехнологов также поражает невысказываемость «вброса».
Wofon man nicht sprechen kann, daruber mub man schweigen – о чем невозможно говорить, о том следует молчать.
Одно время панацеей от фальсификаций считались группы международных наблюдателей и иностранных журналистов. Многие из них сочетают приятное с полезным: финансируемые одним из кандидатов, они умудряются попутно отрабатывать зарубежные же гранты. Справедливости ради стоит сказать о том, что на нескольких выборах подобные группы отработали эффективно – выступали в прессе (в том числе и в зарубежной), грозили потенциальным нарушителям, обеспечивали близкую к критической массу жалоб во все инстанции.