Или, всё же, на Сталина и Рокоссовского?

Расчёт был, конечно, на русских — вечно обливаемых грязью и ненавидимых, но, как понимал тот же Бур, благородных, как правило, до забвения своих интересов.

Расчёт был гнусный, но он был.

Однако на этот раз поляки — ив Варшаве, и Лондоне, как и Черчилль в Лондоне же, просчитались.

И дело было даже не в том, что Сталину не было никакой охоты русской кровью оплачивать возврат в Польшу однозначно антисоветского и антирусского правительства. Ведь в 1944 году, как и в 1939 году, поляки вели себя настолько нагло и глупо, что Миколайчик в Москве, на переговорах 6–7 августа с представителями ПКНО отверг предложение создать коалиционное правительство, представляющее все демократические силы страны.

И уже поэтому отказ Москвы в поддержке спровоцированных Лондоном варшавян был бы вполне оправдан. Конечно, жаль обманутых людей, но, в конце концов, в Варшаве «аковцы» стреляли в немцев, выполняя указания Лондона, а в тылах советских армий, освобождавших Польшу, те же «аковцы», выполняя указания Лондона, стреляли в красноармейцев.

Черчилль пишет, что «русские хотели, чтобы некоммунистические поляки были уничтожены, и вместе с тем поддерживали мнение, будто идут им на помощь».

Это — тотальная ложь, начиная с того, что в восстании, когда оно неожиданно началось, приняли активное участие и силы подпольной коммунистической Армии Людовой.

Однако нельзя, повторяю, было совсем игнорировать и тот факт, что заранее — и из заявлений, и из действий руководства АК — было ясно: «некоммунистические поляки», даже если Красная Армия их выручит, впоследствии будут уничтожать воинов той же Красной Армии. По неполным данным, только за период с 28 июля по 31 декабря 1944 года отрядами АК было убито 277 и ранено 94 советских офицеров и солдат.

И всё же Сталин не руководствовался трезвым, но подлым расчётом — как несколько позднее Черчилль, когда жестоко подавил «левое» восстание в Греции. Сдержанность Сталина объяснялась иным — освобождение Варшавы в конце лета и начале осени 1944 года было нереально по чисто военным стратегическим соображениям.