Полностью ошибочный диагноз, непростительно преуменьшающий опасность заболевания! Примечательно, что придворный врач осыпал пациента целым градом медикаментов: шпанские мушки, пиявки, ацетат калия (для лечения насморка), хинная кора (для борьбы с лихорадкой; Шиллер уже достаточно отравил ею свой организм в Мангейме) и корень серпентарии, использовавшийся как противоядие при змеиных укусах. Хушке также использовал смесь рицинового масла и опиумной настойки, бывшую слабительным и болеутоляющим средством. Сложно представить, какую реакцию она должна была вызвать. Шиллер начал от нее бредить. 9 мая 1805 года его страдания наконец прекратились.

Как высокопоставленному медику, доктору Хушке было доверено вскрытие тела Шиллера. Здесь он уже не мог ошибиться, так как «слабые», «воспаленные» и «разрушенные» легкие однозначно указывали на туберкулез. Состояние легких было напрямую связано с перикардитом, одно могло зависеть от другого; почки «лишились своего обычного вида», а о сердце можно было сказать только, что это «пустая сумка» с бесчисленными морщинами. «Можно только удивляться, что при таком состоянии здоровья бедняга прожил так долго», — резюмировал Хушке.

Остается добавить, что тогда не существовало лекарства против туберкулеза. Знаний об этой болезни было еще слишком мало, вокруг нее множились предрассудки, которые культивировались и разносились дальше именитыми врачами. Одним из них был доктор Рене Лаеннек, изобретатель стетоскопа. Он определял туберкулез как дурную судьбу, телесно выражавшуюся в опухоли. Как заметил французский медик, болезнь была хоть и неизлечима, но, к счастью, не заразна. Доктор Лаеннек умер в 1826 году в возрасте сорока пяти лет — от туберкулеза.

Залеченный насмерть: последняя битва Наполеона Бонапарта