- Не все же сопливых отдыхающих с улицы подбирать.

- Ей, моряк, ты завтра на базе будешь?

- Буду.

- Будь другом, скажи старлею Ильюшенке, что бы зашел ко мне. Так и скажи, к Лешке с рынка..

- Хорошо, буду другом.

Он засмеялся, а мы вошли в дом.

Теперь я иду со своей просьбой. Лешка обедает и встречает меня у двери с набитым ртом.

- А Ольгин хахаль. Давай заходи. Машка, еще тарелку и рюмочку.

Мы входим в гостиную и я вижу стол набитый всякой снедью.

- Давай, давай, садись.

Входит симпатичная женщина с тарелкой и рюмкой. На мое приветствие кивает головой, потом ставит все на стол и молча уходит.

- Что у тебя произошло, моряк? Да ты пей, ешь.

Мы выпиваем закусываем и я рассказываю о том, что произошло на пляже.

- Гиви рядом тоже был. Занятно. А баба, говоришь, классическая. Что-то между Морло и Лолобриджидой. Всех симпатичных в городе знаю, а о такой еще не слышал. Ладно, моряк, поспрашиваю я свою шушеру сегодня, может что и узнаю. Ты пока ничего ни кому не говори, а вечером завтра мы с тобой встретимся.

- Мне завтра на работу, а пропуска нет.

- Отбрехайся, скажи, что тебе нездоровиться. Если ничего не найдем, тогда заявим, но пока мои ребята лучше фараонов работают, наверняка что-нибудь выясним.

Я поблагодарил Лешку и поспешил к Ольге. Здесь меня ждал тоже стол и, пусть мне никто не поверит, но я даже после Лешкиной пищи, сожрал все, что она мне дала. Прямо из ее квартиры, я позвонил своему командиру и, сославшись на нездоровье, попросил день отгула. Из трубки шел мат - пере мат и дикий рев быка, пришлось спешно бросить трубку на рычаги. Когда Ольга узнала, что я не выхожу на работу, она тут же позвонила на свою работу и взяла отгул тоже. Все же она еще та стерва.

Лешка позвонил мне днем.